Мира Лохвицкая

[crivelli]

ФЕЯ СЧАСТЬЯ

На пестром ковре ароматных цветов,
При трепетном свете луны,
Уснул он под лепет немолчный листов,
Под говор хрустальной волны.
Но вдруг притаился шумливый ручей,
Замолк очарованный лес.
Он видит... качели из лунных лучей
Спускаются тихо с небес.
Он видит... с улыбкой на ясном лице,
В одежде воздушной, как дым,
Вся светлая, в дивно-блестящем венце,
Склонилася фея над ним.
"Мой мальчик! садись на качели ко мне,
Нам весело будет вдвоем...
Вздымаясь все выше к сребристой луне -
Мы в лунное царство порхнем!
Земную печаль и невзгоды забудь, -
Страданье неведомо мне.
Головкой кудрявой склонись мне на грудь
И счастью отдайся вполне...
Ты слышишь ли шепот, лобзанья и смех,
Аккорды невидимых лир?
То к нам приближается царство утех,
Мой лунный, серебряный мир!"
Хотел он проснуться, но чудного сна
Он чары рассеять не мог.
А фея звала его, страсти полна,
В свой тайный волшебный чертог.
И долго качалась и пела над ним,
Когда ж заалелся восток,
Она унеслась к небесам голубым,
На грудь его бросив цветок.



PS Вот погодите, у меня ещё её сестрица есть в запасе.

Comments

[r-v.livejournal.com]

Но тут не ясно, невозможность пробужденья - временная неудача или фатальный эррор :) Похоже на то, что это однократная неудача, связанная с конкретной феей:

Хотел он проснуться, но чудного сна
Он чары рассеять не мог.

Тогда цветок ему оставлен как напоминание о сне и доказательство, что это не простой сон. Типичная концовка фантастических сюжетов: герой просыпается, понимет, что все приснилось, но вдруг (!!!) замечает вещественный знак невещественных отношений. :)

[crivelli.livejournal.com]

Там имеется некоторое противоречие. С одной стороны, она его сама зовёт склониться на грудь и усыпляет, с другой - зовёт после этого за собой. Типичная женская непоследовательность, которую придётся, вероятно, оставить на совести автора.

[r-v.livejournal.com]

Вот не думаю, что она его спать зовет :) Скорее наоборот. Он уже спит (с этого начинается), а она его хочет расшевелить, но не может. Тоже типичный "сонный" сюжет. Звала-звала, отчаялась и улетела, только цветок оставила на память. (Ср. "Царь-Девица" Цветаевой.) Не вижу никакой женской непоследовательности. Вот у Мандельштама "отравительница Федра" - это "по-женски" :))