О дисгармонии восприятия

[crivelli]

Я давно обещала rippenbiest'у написать об этом. Я и себе давно обещала об этом написать. Сложность в том, что и сегодня я не знаю с какого бока подойти к теме.
Bela Tarr, Werckmeister Harmonies .
Сухой морозный воздух. Бесснежная зима.
Пар дыханий - единственное, что замутняет на мгновенье серебряную чернь кадра.
Скрип башмаков.
Обрывки музыки, ошмётки разговоров.
Снова скрип подмёток.
В скучный провинциальный городишко приехал аттракцион. Кита привезли, чучело? живого? не помню, не ясно. Ясного нет ничего, кроме, разве что, чистых глаз главного героя. При ките некто Принц. При Принце - бритоголовый переводчик. Принца мы так до конца и не увидим, только мельком тень на стене - тень от тени, мрак от мрака. Изо дня в день на площадь к фургону стекается народ. Стекается и не уходит. Они ждут слов Принца. Дождавшись, по слову его они пойдут крушить богадельню. Вот собственно, и всё. Фильм смотрится на одном - захваченном - дыхании. И, должно быть, пар изо рта на мгновенье замутняет увиденное на экране.
После фильма - встреча с режиссёром, прибывшим на показ в сопровождении венгерского посла.
- Скажите, пожалуйста, г-н Тарр, отчего Принц Зла в Вашем фильме говорит по-словацки?
Kто-то слева решает меня поправить: "По-польски!” но г-н посол согласно и удовлетворённо кивает: "По-словацки!"
Г-н Тарр смущён. Г-н Тарр говорит, что актёр, исполнявший роль переводчика помимо венгерского знал только словацкий.
Он объясняет, что исторически так уж сложилось, что Венгрия всегда была окружена врагами - словаками и христианскими нациями. Г-н посол согласно и удовлетворённо кивает.
Вопросов у меня больше не было. Фильм медленно прокручивался в голове - от конца к началу. Дыхание по-прежнему захватывало при мысли об увиденном, услышанное однако немало изменило эту мысль, окрасив её, прежде такую чёрно-белую, в серобуромалиновые-в-крапинку оттенки.
С тех пор я не перестаю себя спрашивать:
- Как смотрят этот фильм те, кто не отличают словацкий от польского?
- Как смотрят этот фильм те, кто не слышал объяснений г-на режиссёра?
- Как смотрю фильмы я, если такая частность ("I don’t really like talking about individual things in my films," - ответил г-н Тарр на вопрос журналиста о значении Чуда-Юда-Рыбы-Кита в его фильме) способна столь радикально изменить моё восприятие?
Подобный эффект произвела на меня и недавняя экранизация «Порнографии» Гомбровича, но об этом, пожалуй, как-нибудь в другой раз.
Тех же, кому хватило терпения ознакомиться с этим сумбуром вместо Веркхаймеровских Гармоний, мне хотелось бы спросить: какой представляется вам сфера влияния киноискусства? – ограничивается ли она исключительно областью эстетического?

Гармонизация невоспринятого (де Оливейра)

Comments

[crivelli.livejournal.com]

В таком случае, эстетическое воздействие и есть физиологическое? Если же мы всё-таки их разделяем, то можно и резче разграничивать.

В отношении же экономики, я говорила с позиции читателя\зрителя, а не автора\творца.

[dennett.livejournal.com]

Фильм смотрится на одном - захваченном - дыхании. И, должно быть, пар изо рта на мгновенье замутняет увиденное на экране.

Узнаете? Мне кажется это очень физиологичным. Вообще, общие ограничения в искусстве редко работают; заранее отказаться от физиологии не получится. Но я с вами согласен в том, что часто физиология используется в кино (да и в других областях) по причине нищеты авторского воображения; от ощущения, что нет ничего другого; это своего рода авторский судорожный рефлекс - ударить нас ниже пояса, дернуть за ниточки.

В отношении же экономики - вы ведь тоже за книжку платите, билеты в театр покупаете, за вход в музей платите - не так ли? Хотя у меня есть знакомые, которые предпочитают ходить только в бесплатные музеи, т.к. считают, что искусство должно принадлежать народу.