(no subject)

[crivelli]

Без вины виноватый,

или Борису Херсонскому вместо коммента

Борис, Вы пишете, излагая одно из популярных обвинений против Бродского: "Если Пастернак и Мандельштам были диктаторами молодых поэтов, то Бродский их "палач".
К Пастернаку и Мандельштаму можно было бы добавить Цветаеву и Ахматову, оставляя на совести обвинителей тонкие дефиниции между палачами и диктаторами. (Вообще, замечу в скобках, желание возложить ответственность за малых сих на кого бы то ни было само по себе достойно удивления).
Но аналогию между этой квадригой и Бродским я бы продолжила. Дело в том, что для общественного сознания - образ Бродского (не по его всё же вине), стал в некотором роде возвратом к тоталитарной модели одного - главного - поэта поколения. Даже в советское время эта модель была подменена вышеупомянутой исторической четвернёй + на горизонте маячила парочка великомучеников: лучший, талантливейший поэт эпохи и златокудрый парнишка из Рязанской губернии. На смену им предполагали себя другие четверо - Ахмадулина, Вознесенский, Рожденственский, Евтушенко. Как говорится, индюк предполагал, да в суп попал. Тем не менее и четверка по сути выполняла ту же роль - ГЛАВНОГО.
Когда я постепенно начала открывать для себя не только обериутов, на какое-то время даже потеснивших Ахматову-Цветаеву-Пастернака-Мандельштам

а по части воздействия на юные дарования (кстати, и на Бродском, и на Аронзоне обериуты сказались более, чем определённо), но и поэтов вроде Нельдихена, Николева или Поплавского, во мне с особой силой заговорило чувство неоправданности любой иерархической системы в поэзии. И даже не потому, что нет такого явления, как различные масштабы дарования. Иерархия в поэзии даёт ложное представление о сущности поэзии, и тот, кто по логике этой иерархической игры возглавит пирамиду, волей-неволей оказывается в положении мошенника.

Comments

[crivelli.livejournal.com]

превращается в микроскоп человеческих уродств
А рассматривать их приходится нам:-(