О ЛЕМУРЕ (Продолжение3)
Oct. 20th, 2004 03:21 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
crivelliНачало
Продолжение1
Продолжение2
Небольшое отступление от темы (недалече)
Я не могла вернуться к прежнему нашему ветеринару.Она знала Мусю с августа 1988 года, когда на первом месяце нашего израильского существования, мы повстречались с ними обеими, и до ноября 2001, когда д-р Янив сделала ей последний в её жизни укол.
Мы поспрашивали знакомых и по отрицательной рекомендации отправились к Боазу Аврому. «Он ужасно груб с хозяевами собак, - сказала нам знакомая , - всегда подозревает, что они плохо обращаются со своими животными». Вот его-то нам и надо – решили мы и поспешили на приём с Декой. Мне по-прежнему приходилось время от времени присаживаться на корточки и тоненьким голоском её подманивать. Правда, происходило это уже не так часто. Прогресс.
Доктор Авром оказался един в двух лицах. Вместе с Боазом А. нас принимал такой же как он здоровенный, большеголовый и рыжеватый Риччи А., весьма одобрительно обнюхавший свернувшуюся у меня на коленях Деку и передавший ведение дела своему коллеге. Тот, оглядев кривые, выпирающие вперёд мелкие зубки, отказался определять по ним возраст («Что угодно от двух до пяти».), зато подтвердил присутствие пекинезских кровей, и предположил наличие пинчеров среди предков. Потом угостил Деку каким-то паштетом из баночки и энергично погладил. Я с испугом посмотрела как бревнообразная рука раз за разом опускается на Декину тощую спину и успокоилась. Дека явно не имела ничего против. Боаз обнаружил шип в ухе и вирус в организме, в котором предположил также наличие глистов. Шип он извлёк, а от вируса, глистов и воспаления уха дал таблетки, капли и инструкции. С прививками, которых Деке никогда в жизни ещё не делали, пришлось повременить.
В дальнейшем обнаружилось, что Дека отлично запомнила поворот к Боазу и его псу и по поводу и без тянула нас в сторону лечебницы. «Здесь дают паштет!»
Продолжение1
Продолжение2
Небольшое отступление от темы (недалече)
Я не могла вернуться к прежнему нашему ветеринару.Она знала Мусю с августа 1988 года, когда на первом месяце нашего израильского существования, мы повстречались с ними обеими, и до ноября 2001, когда д-р Янив сделала ей последний в её жизни укол.
Мы поспрашивали знакомых и по отрицательной рекомендации отправились к Боазу Аврому. «Он ужасно груб с хозяевами собак, - сказала нам знакомая , - всегда подозревает, что они плохо обращаются со своими животными». Вот его-то нам и надо – решили мы и поспешили на приём с Декой. Мне по-прежнему приходилось время от времени присаживаться на корточки и тоненьким голоском её подманивать. Правда, происходило это уже не так часто. Прогресс.
Доктор Авром оказался един в двух лицах. Вместе с Боазом А. нас принимал такой же как он здоровенный, большеголовый и рыжеватый Риччи А., весьма одобрительно обнюхавший свернувшуюся у меня на коленях Деку и передавший ведение дела своему коллеге. Тот, оглядев кривые, выпирающие вперёд мелкие зубки, отказался определять по ним возраст («Что угодно от двух до пяти».), зато подтвердил присутствие пекинезских кровей, и предположил наличие пинчеров среди предков. Потом угостил Деку каким-то паштетом из баночки и энергично погладил. Я с испугом посмотрела как бревнообразная рука раз за разом опускается на Декину тощую спину и успокоилась. Дека явно не имела ничего против. Боаз обнаружил шип в ухе и вирус в организме, в котором предположил также наличие глистов. Шип он извлёк, а от вируса, глистов и воспаления уха дал таблетки, капли и инструкции. С прививками, которых Деке никогда в жизни ещё не делали, пришлось повременить.
В дальнейшем обнаружилось, что Дека отлично запомнила поворот к Боазу и его псу и по поводу и без тянула нас в сторону лечебницы. «Здесь дают паштет!»